Техника, мистика и магия

Опубликовано 04 February, 2009 | admin

Поскольку, более того, существует прямое соответствие между тайнами алхимической практики и тайнами Царства Небесного, практический объем этого знания, достигаемого путем озарения, простирается вплоть до высших небесных сфер, до славных областей, именуемых эмпиреями, то есть до рая. Этим объясняется появление в «Зеленом сне», классическом трактате Бернара Тревизана, следующих слов: «Я размышлял об этом Царстве Небесном, в котором Всемогущий восседает на своем престоле в славе и в окружении ангелов, архангелов, херувимов, серафимов, тронов и властей».

Техника, мистика и магия

Опубликовано 04 February, 2009 | admin

Найти философский камень мог лишь человек, достигший состояния полного озарения, которое всегда предполагает выполнение тонких, неуловимых операций, благодаря которым в самом адепте происходит смерть «ветхого человека» и рождение внутреннего, духовно возрожденного человека. Здесь можно было бы сослаться на многочисленные тексты, в которых описаны внутренние трансмутации, происходящие в самом алхимике. Например, в «Торфе философов», алхимическом трактате арабского происхождения, встречаются следующие прекрасные слова: «И знайте, что конец есть лишь начало и что смерть есть причина жизни и начало конца. Узрите черное, узрите белое, узрите красное, и это всё, ибо эта смерть есть вечная жизнь после смерти славной и совершенной».

Техника, мистика и магия

Опубликовано 04 February, 2009 | admin

Совершенно необходимым дополнением к лаборатории адепта являлась его молельня.
Во второй части (авторство которой приписывается Жану де Мёну) «Романа о Розе» показана персонифицированная Природа, упрекающая суфлера, пытающегося свести священное искусство к череде чисто материальных манипуляций:
Отличительной особенностью традиционного алхимика как раз и было стремление сочетать технические навыки с упованием на озарение, с мистикой — именно то, что так трудно укладывается в рационалистическом уме современного человека.

О хороших наблюдателях

Опубликовано 04 February, 2009 | admin

Тот же самый пассаж с успехом можно применить к фазе возгонки не на уровне работы с минералами, но в стадии внутренних метаморфоз, кои претерпевала психика алхимика в процессе делания. В нем можно также усматривать аллюзию на одну из наиболее трудных для интерпретации герметических поговорок-рекомендаций: «Solve et coagula» («Растворяй и сгущай»). Эта формула, несомненно, означала определенную фазу завершающих трансмутационных операций Великого Делания, но при этом подразумевались также и другие процессы, касавшиеся, очевидно, тайны перемещения тел. Адепт будто бы обретал способность, если он достигал поистине тотального успеха, «растворять» (solvere) свое физическое тело, «сгущая» (coagulare) свою нетелесную, просветленную субстанцию. Именно об этой таинственной двойной метаморфозе («Solve et coagula»), очевидно, идет речь в следующем пассаже того же Артефия: «Именно потому надлежит сублимировать то и другое, то есть тело и дух, чтобы все, что в них есть чистого, возносилось вверх, а все нечистое оседало в процессе бушевания бурного моря».